один, потом второй, третий. С каждым нужно окончить детский сад и школу. О себе забываешь. На автомате занимаешься бизнесом, чтобы кормить семью, чтобы выжить. Но так хочется сделать что-то другое, что-то для души, построить храм или одному уехать от рутины в кругосветку или в морской круиз, писать мемуары, курить трубку. Катастрофически не хватает времени. Хорошо, что хотя бы в эту поездку с тобой выбрались. Впечатлений через край!
— Значит, до твоих «хочу» надо добраться, выкопать их из глубин души и действовать.
— Больше всего мне хочется работать поваром. Но это, наверное, не прибыльно, если я начну с категории самого младшего сотрудника. И, может быть, это смешно и нелепо менять профессию в моем возрасте, после стольких лет работы в бизнесе.
— Совсем не глупо. Футурологи говорят, что в ближайшие десятилетия человек будет переучиваться и менять профессию до трёх-четырёх раз за жизнь. Поэтому ты в тренде! — профессор хихикнул из-за того, что ввернул в свою речь модное словцо. — Наверняка есть какое-то решение. Думаю, что эта поездка поможет тебе его найти. Горный воздух освежает голову и пробуждает вдохновение. Повар — хорошая профессия, в какой-то степени она про заботу о других. Когда ты помогаешь людям, в теле вырабатываются гормоны счастья. Думаю, что забота о ком-то — это один из смыслов жизни.
— Когда учиться новой профессии? Дела, дела, дела… Вернусь из поездки и сразу за работу. Даже думать об этом не хочется.
— Рома, не стоит забывать о себе, дети не будут тебе благодарны за то, что ты потерял самого себя и стал никому неинтересен. Надо выкраивать часы и минуты. Для этого нужно отказаться от лишнего, от ненужных встреч, пустой болтовни по телефону, просмотра бестолковых шоу.
— Убедил… Подумаю над этим, — Майоров улыбнулся.
Они замолчали, глядя на зеленую долину у подножия. Альпинисты проснулись: кто-то делал зарядку возле палатки, а кто-то варил ароматный кофе. Джон записывал видео для жены с обзором горного пейзажа, называя и показывая окружающие вулкан вершины хребта и долину, укрытую туманным одеялом.
Позавтракали. Впереди ждал новый день восхождения по склону, устланному вулканическим шлаком и лавовыми завалами.
Перед выходом все заметно утеплились, надели тёплые куртки, шапки и штаны. Роман последним закрыл рюкзак, прибрал за всеми место стоянки. Палатки были собраны. Туристы начали путь к вершине по лавовому полю; мелкие камни выскакивали из-под ботинок.
Перепад высот давал о себе знать, туристы обсуждали между собой неприятные ощущения в теле, лёгкое головокружение и боль в висках.
— Здесь северные широты, поэтому акклиматизация тяжело проходит, — заключил Андрей, глядя на путешественников.
Они понимались все выше. Шли несколько часов подряд. Хотелось отдохнуть. От усталости ноги и плечи налились свинцом. Из-за сбивчивого тяжелого дыхания сил на разговоры не оставалось, каждый задумался о своём. Ничего не отвлекало, вокруг был полный вакуум, тишина, снег и лавовая дорожка перед глазами. Камни и редкое дыхание ветров.
Вдруг перед ними возник маленький деревянный домик. С одним окошком и трубой. Дверь была приоткрыта, будто горный приют приглашал путешественников в гости. Туристам было непривычно видеть в дикой природе кусочек цивилизации, даже такой невзрачный.
— Это домик вулканологов, — Андрей махнул рукой в его сторону.
Они подошли поближе и заглянули внутрь. Сени были забиты снегом и льдом почти наполовину от пола. Но в самой комнатке дверь была прикрыта. Таинственная и загадочная. Иван пролез через снежный ком, расчистил ледоколом небольшую площадку, открыл дверь и очутился в темном помещении.
— Здесь есть стол, лавочка, стул, какие-то пожелтевшие книги, замёрзшая вода в бочке и даже газ, — говорил он глухим голосом изнутри.
Пять минут спустя Иван вылез обратно. И пока он отряхивался от снега и пыли, Джон и Пашка тоже решили исследовать новую территорию.
— Ничего примечательного. Просто хижина ученых, — фыркнул Пашка по возвращении.
— Вообще-то в российских горах не распространены такие домики, — сказал Артем, опираясь на треккинговые палки, — это редкость, когда от советских альплагерей остаются подобные приюты. А тут стоит. Надо же! И в таком отдаленном, жутко одиноком районе, в отрыве от цивилизации. Ровно между вулканом Камень и Ключевской сопкой. Удивительно, — заключил он.
— Предлагаю сделать привал здесь, на перевале вулканологов, разведём рядом с домиком костерок, выпьем чая или морса и пойдём дальше, — предложил Андрей.
Все были согласны, усталость давила на плечи тяжелыми рюкзаками, ноги подкашивались: шлак вперемешку со снегом выматывал очень быстро.
Разбили лагерь. Путешественники устроились у костра и тихо болтали, запивая впечатления крепким чаем и закусывая сушеной курагой. Внезапно у Андрея зазвонил спутниковый телефон. Туристы от неожиданности обернулись на него — еще один символ благ цивилизации. Андрей отошёл от домика, внимательно слушал собеседника и хмурился. Вернулся задумчивый, будто в уме решал уравнения.
— Звонили из МЧС, — объявил он. — Сказали, чтобы мы возвращались в посёлок, потому что погода может испортиться в любой момент, надвигается циклон со стороны Охотского моря.
Послышался общий вздох сожаления и разочарования.
— Но ведь мы так долго шли! — расстроено вскрикнул Пашка. — Мы уже на финишной прямой! До вершины меньше суток!
— Я думаю, что мы успеем дойти до кратера до того, как погода испортится. Пойдём быстрее, будем делать меньше привалов. На небе сейчас нет ни облачка! — Джон искал поддержку в глазах товарищей.
— Предлагаю голосование, — Иван встал над группой. — Кто за то, чтобы покорить вершину и дойти до кратера?
Погода была отличная, солнце пригревало, от горячего чая растекалось приятное расслабление по телу, горный воздух освежал голову. О том, что может подняться ветер и метель, не было и мысли. Все единогласно подняли руки, чтобы идти до конца, ради чего все это затеяли, каждый хотел достичь своей цели, поставленной в этой поездке.
Гиды решили ускорить темп и меньше останавливаться, сократить время отдыха. Они вновь шли по лабиринту из каменных и ледяных глыб, сыпухе из пепла и лавы, мимо проскакивали мелкие камешки, летящие с вершины. Домик вулканологов остался далеко позади. На последнем привале надели каски, потому что живые камни так и норовили ударить побольнее. Утром, до восхода солнца, камни были приморожены к склону и не так активно летели вниз, но к обеду начинался настоящий обстрел.
Они преодолели отметку в 3800 метров над уровнем моря. Настя села на склон и отказалась идти дальше.
— Я устала, у меня болит голова, меня мутит и тошнит, — жалобно сказала она, свесив голову.
Сашка присел перед ней и пытался ее уговорить идти дальше, но плохо стало ещё и Роману. Его рвало. Андрей проверил его пульс.
— Мы все ближе к вершине, — старший гид покачал головой, — здесь есть открытые фумаролы, для неопытных поясняю, что это отверстия
